четверг, 27 апреля 2017 г.

"Люблю, когда в библиотеке тихонько школьницы идут…"

"… И, чуть дыша: «Евгеньонегин» - 
Губёнки их произнесут".


65 лет назад в СССР день и ночь несли свои мутные воды полноводные реки:
"Люди нашей области
Сельский библиотекарь
День и ночь несет свои мутные воды полноводная Тымь. Обрывистые берега ее поросли стройными елями, пихтами, лиственницами, кудрявыми березами.
На берегу таежной реки раскинулось большое село Адо-Тымово. Здесь имеется самолетная школа, медицинский пункт, клуб, радиоузел, магазины, библиотека. В селе своя интеллигенция – учителя, агрономы, медицинские работники, механизаторы. Культурно живут колхозники таежного села. Они смотрят кинофильмы, концерты художественной самодеятельности, слушают лекции.
Библиотека стала местом, куда ежедневно приходят школьники, молодежь, убеленные сединами старики. Заведует ею коммунист Иван Андреевич Григорьев.
Библиотекарем Иван Андреевич стал недавно – с 1950 года. Ему тогда сказали в сельсовете:
- Когда кончится уборка – дадим вам в помощь людей. Тогда и оборудуете библиотеку получше.
Иван Андреевич ждать окончания уборки не собирался. На второй день колхозники видели, как новый библиотекарь ловко орудовал топором. Вместе с будущим активным читателем Андреем Расщупкиным он настелил новые полы, сделал столы, стеллажи, барьеры.
Не только стала выглядеть библиотека по-новому. По-новому она стала работать. И это новое внес библиотекарь…
Редко заглядывал в библиотеку один из старейших следопытов тайги охотник Иван Федорович Гребинатый. Все отговаривался занятостью. Однажды Григорьев пришел к нему домой, захватив "Записки охотника" Тургенева и "В дебрях Уссурийского края" Арсенева.
- Вот, Федорович, - обратился он к старику, - хочу твое мнение узнать об этих охотниках. Прочти и скажешь.
Через несколько дней приходит в библиотеку Иван Федорович, а из-под мохнатых бровей сияют глаза.
- Ну, как? – спрашивает библиотекарь.
- Хороши книги! Очень хороши! – ответил охотник. – Будто целый век в тайге провели сочинители.
Загляните теперь в читательский формуляр Гребинатова. Тут записаны произведения Горького, Пушкина, Бабаевского, Симонова и других писателей. Теперь старый охотник принадлежит к числу тех людей, кто без книг жить не может.
Обычно читатель сам идет в библиотеку за книгой. В Адо-Тымове часто ему несут книгу. Не приходит долго человек – значит, что-то случилось. Может быть он заболел, или почему-то не может притти в библиотеку. Тогда к нему приходят книгоноши.
По иному теперь проводятся и читательские конференции. Это не только средство приобщения новых людей к книге. На конференции не только обсуждают достоинства и недостатки произведения. Тов. Григорьев направляет конференцию так, что книга органически смыкается с жизнью села и оказывает непосредственное воздействие на дела колхоза.
Проходила, например, в библиотеке читательская конференция по книге Семена Бабаевского "Кавалер Золотой Звезды". Готовил ее Григорьев около трех месяцев. Все колхозники прочитали произведение. На конференцию пригласили председателей сельского Совета и колхоза.
И начался вместе с обсуждением книги, как говорили колхозники, государственный разговор.
- Вот прочитали мы "Кавалера Золотой Звезды", - сказал Алексей Чураев, - хорошая книга, многому она учит нас. И вот частный вопрос: как будто подглядел писатель и за нашим селом. Мы тоже начали строить гидроэлектростанцию на Тыми. А не довели это замечательное дело до конца! Не по-тутариновски подошли наши руководители к строительству.
Обсуждение книги постепенно свелось к разговору о колхозных делах. И председателю колхоза и председателю сельского Совета пришлось выслушать немало критических замечаний, а потом с помощью тех же критиков исправлять недостатки...
Организация работы книгоноши, читательские конференции – это еще не все, что делает т. Григорьев для продвижения книги к читателю. В библиотеке – рекомендательские списки литературы, фотомонтажи... А главное – библиотекарь знает запросы читателя, помогает ему выбрать книгу. Стало правилом у него спросить, какое произведение понравилось, а какое – нет. Бывает, что и хорошая книга не пришлась по душе: не понял ее читатель, не разобрался в ней. Библиотекарь в таких случаях приходит на помощь читателю, помогает ему разобраться в произведении. Сейчас в библиотеке более 300 читателей.
Все это, так сказать, обязанности библиотекаря. Но их он выполняет с душой, с большой любовью к делу, с большой заботой о культурном росте советского человека.
Григорьев – коммунист. Ему, как и всем членам партии, дают партийные поручения. Он – руководитель лекторской группы, которая объединяет интеллигенцию села. При его помощи лекторы знакомят колхозников со стройками коммунизма, с международной и внутренней обстановкой, с устройством вселенной, с вопросами семьи и брака. Григорьев и сам читает лекции.
Но разве партийными поручениями исчерпывается все то, что делает библиотекарь!
Нет, кажется, в селе такого вопроса, в решении которого не принимал бы участие Григорьев. Все его касается. Если кружок художественной самодеятельности собирается выехать с концертом в соседний колхоз "Чир-унвд", - Иван Андреевич с ними, потому что кружок работает при его живейшем участии. Заседает правление артели – редко обходится без Григорьева. К его советам все прислушиваются. Библиотекаря встретишь в поле и на ферме, в школе и на медпункте. Домой к нему заходит председатель колхоза – потолковать о хозяйственных делах, колхозница – за советом по личному делу, изучающий марксизм-ленинизм – за консультацией... Многообразен день, многообразен круг интересов сельского интеллигента-коммуниста. Его интересы – интересы народа...
...Круглый год в сельской библиотеке многолюдно: и когда одевается тайга в весенний убор, и когда на полях наливается колос, и когда золотится осень, и когда за окнами мечется вьюга.
Люди идут в библиотеку, ставшую культурным центром большого села, к другу и советчику – сельскому интеллигенту-коммунисту Ивану Андреевичу Григорьеву.
А. Баюканский.
Кировский район".
("Советский Сахалин", 1952, № 101 (27, апрель), с. 3).

среда, 26 апреля 2017 г.

"Иль на концерте среди нот, средь пианиссимых событий…

"…Чужая девушка прильнёт
И шепчет в ухо: «Не сопите!»".


75 лет назад на временно оккупированных территориях советские кинозрители жадно следили за каждой мелочью отраженного на экране быта:
"Город Орел
Звуковой фильм "Концерт по желанию"
Переполненный зрителями зал кинотеатра «Орел». Взоры всех устремлены на экран, на котором впервые для орловцев приоткрывается завеса, в течение четверти века отделявшая нас от Европы. Зрелище необычайное, имеющее в себе нечто особенное: на наших глазах пали стены, которыми кремлевские тираны, казалось, крепко и навсегда отгородили нас от Европы.
Интересен и самый фильм, и зрители жадно следили за каждой мелочью отраженного на экране быта, о котором в советской печати нагромождены целые Монбланы лжи. Вполне понятно это жадное любопытство зрителей, за четверть века существования СССР превращенных в своеобразных пещерных людей нашей современности, переставших даже мечтать о Западе, об иной жизни, об иных горизонтах.
В быстро сменяющихся зарисовках перед зрителями проходит подлинная Германия, возрожденная гением Адольфа Гитлера, великим трудолюбием и единством народа. Величественное зрелище организованного, крепко спаянного народа, данное во всей совокупности составляющих фильм бытовых, семейных, общественных, военных эпизодов, отражающееся, как солнце в капле воды, даже в таких мелочах, как дружба призванных на войну неразлучных друзей —мясника, пекаря, учителя и музыканта, невольно захватывает внимание зрителя. На фоне таких торжественных празднеств как Всемирная Олимпиада, нам, отвыкшим от проявлений подлинного народного энтузиазма, бросается в глаза каждая подробность, говорящая иногда красноречивее, чем общая картина в целом: это улыбки, не имеющих даже понятия о каком-либо угнетении людей, эта свободные движения свободных людей.
Тема «войны и мира», сюжетно связывающая воедино разрозненные мелкие и крупные эпизоды фильма, особенно яркое выражение находит в истории увлечения двух молодых людей; капитана авиации Коха и его возлюбленной Инге. Так это не похоже на наших набивших оскомину комсомольцев и комсомолок, стахановцев и стахановок, что невольно любуешься и отдыхаешь на этих красивых в своем изяществе и в то же время простоте зарисовках прекрасных проявлений не испорченной, в корне своем здоровой молодости. Сюжетно удачно в убедительно быт здесь переплетается с войной и война с бытом. От одного нити тянутся к другой и обратно.
Неотразимое впечатление оставляет эта грустно мечтающая в своей комнате девушка и тот, о ком она мечтает, для которого исполнение воинского дела, долга перед Родиной выше всех личных чувств. И капитан Кох, и лейтенант Винклер —яркие образы молодого поколения, отражающие в себе величайшую сознательность и дисциплинированность Германской Армии, армии новой эпохи после 1933 года.
Высшим пафосом патриотизма и самопожертвования проникнут самый трагический эпизод фильма — геройская смерть музыканта, спасающего игрой в костеле свою часть, находящуюся между германским и французским фронтами. Мотив этой музыки звучит, как самое мощное и жизнерадостное утверждение национального единства и непоколебимости поднявшегося на борьбу германского народа.
Глубочайшая связь между борющейся Армией и поддерживающим ее народом красной нитью проходит через весь фильм.
Зритель".
("Речь", Орел, 1942, № 49 (26, апрель), с. 4).

"Он их не скроет кепкой мятой, он их не спрячет под очки…"

"… Как на открытке, воровато 
Глядят знакомые зрачки".


65 лет назад советские люди с удовлетворением встретили приговоры создателям банд наиболее оголтелых чехословацких кулаков:
"Процесс подпольной антигосударственной группы в Чехословакии
Прага, 26 апреля. (ТАСС). В течение четырех дней государственный суд в Праге слушал дело подпольной антигосударственной группы, которая подготавливала заговор против Чехословацкой Республики.
Во время допроса и показаний свидетелей подсудимые под тяжестью неопровержимых доказательств полностью признали себя виновными в измене родине, в шпионаже в пользу империалистических разведок и в совершении преступлений против мира.
Подсудимые Иозеф Кепка и семь его сообщников показали, что они создали из остатков разгромленных народом реакционных партий и фашистских группировок подпольную антигосударственную организацию, разрабатывали и осуществляли планы, целью которых было свержение народно-демократического строя, установление в стране фашистского режима, ликвидация чехословацкой государственности, полное политическое и экономическое подчинение Чехословакии американским империалистам.
Подсудимые проводили подрывную вредительскую деятельность, выдавали империалистическим разведкам государственные тайны, распространяли клеветнические измышления о положении в стране, создавали из кулаков вооруженные банды, которые они собирались использовать в контрреволюционном заговоре против народно-демократического строя в Чехословакии. Подсудимые в своей антинародной деятельности руководствовались директивами американской агентуры так называемого "зеленого интернационала", который был создан в США предателями, бежавшими из стран народной демократии. Кроме того, подсудимые поддерживали тесную связь с американской и другими империалистическими разведками.
Подсудимые признали также, что они рассчитывали на развязывание американскими империалистами агрессивной войны против СССР и стран народной демократии, во время которой они смогли бы нанести в качестве "пятой колонны" удар в спину чехословацкой армии.
После допроса подсудимых и свидетелей суд выслушал заключительную речь прокурора и защитников.
Сегодня государственный суд вынес приговор. Признав всех подсудимых виновными в совершении антигосударственных преступлений, преступлений против мира и в шпионаже в пользу иностранных разведок, суд приговорил: Иозефа Кепка – к смертной казни и лишению гражданских прав; Антонина Хлоупека, Франтишека Тополь, Отакара Чапека, Вилема Кнеборта, Властимила Клима и Иозефа Костогрыза – к пожизненному тюремному заключению и лишению гражданских прав; Вацлава Ренча – к 25 годам тюремного заключения и лишению гражданских прав сроком на 10 лет. Имущество всех осужденных конфискуется.
Приговор суда трудящиеся Чехословакии встретили единодушным одобрением.
 ("Советский Сахалин", 1952, № 103 (30, апрель), с. 4).

вторник, 25 апреля 2017 г.

"Он – жар в огне, он – мужество в металле…"

"… он – враг всего, что дни мертвит живые,
отважный и прямой. Товарищ Сталин
назвал его "Гроза буржуазии".


60 лет назад основательно готовились к загранкомандировкам советские общественные деятели:

"На меня глядел Ильич
Из поэмы

Павло Тычина

В очереди к Мавзолею
я стою. Дрожу. Горю.
Сем себя я проверяю,
сам себе я говорю:

- Ты готов к деяньям важным?
Крепок ли души закал?
Ясен ум? Чиста ли совесть?
Чем ты людям нужен стал?

Холод в небе. Тучи ходят,
как по голубому льду…
Речь врага со здравым смыслом
нынче явно не в ладу.

Завтра за моря лечу я,
чтоб народы к миру звать.
Не легко там будет… Если б
сильным, как Ильич мне стать!

В жизни множество колючек –
не одни цветы полей.
"Знаю, знаю", - так он скажет.
И вхожу я в Мавзолей.

И взволнованно с другими
вниз да вниз спускаюсь я.
В каждом вся душа раскрылась, -
засветилась и моя…

Ах, когда б ему поведать
все заветное я мог!
…Приближаемся. Молчанье.
Только шорох наших ног…

Думал я о нем так часто
в блеске дня, во тьме ночной!
…Шаг еще – и вот я вижу
облик издавна родной.

Ленин, Ленин! Ой, как близко
Ленина увидел я!
В каждом вся душа раскрылась, -
засветилась и моя…

Показалось, слышу голос,
что решил мою судьбу:
"Время ль никнуть, точно колос?
В битву, в битву! На борьбу!"

Слышишь?
                    Рушит шалый ветер
Стены, кровли. Вой да свист…
Кто же смерти нашей хочет,
За морями нож свой точит?
Империалист.

Империалист –
                           как спрут:
все б сожрал свободы…
Щупальца зло извиваются
                            там и тут…
Но народы,
но народы вырываются
                             из пут!

Словно с плеч гора свалилась, -
Сердцем я услышал клич.
Из-под век своих смежённых
на меня глядел Ильич…

В бой за мир я смело ринусь
Там, где свищет грозный бич…
Из-под век своих смежённых
на меня глядел Ильич…

Шорох наших ног. Молчанье.
Все без слов я смог постичь.
Из-под век своих смежённых
на меня глядел Ильич…

С ним прощаюсь я безмолвно.
С нами он, а не в гробу.
Выхожу. А в сердце голос:
"В битву, в битву! На борьбу!"

Холод в небе. Тучи ходят,
как по голубому льду…
Я же пламенем охвачен.
Слышу зов. Иду! Иду!

Империалист –
                           как спрут:
все б сожрал свободы…
Щупальца зло извиваются
                            там и тут…
Но народы,
но народы вырываются
                             из пут!

Перевела с украинского Вера Звягинцева"

("Огонек", 1957, № 17 (21, апрель), с. 12).

понедельник, 24 апреля 2017 г.

"Война принесла миллионы банкирам…"

"…Солдатам – бесславную смерть и позор.
Идут добровольцы – защитники мира,
Чтоб янки-бандитам дать крепкий отпор".



65 лет назад в СССР все карты масштаба, отличного от масштаба карты на пачке папирос "Беломорканал", считались военными:
"В Северной Корее захвачена новая группа американских разведчиков
Пхеньян, 24 апреля. (ТАСС). По сообщению пхеньянского радио, недавно в тылу войск Народной армии Корейской Народно-Демократической Республики были задержаны четыре разведчика – Ким Чун Хван, Ча Док Ир, Ким Су Бок и Ким Ен Сик, прошедших подготовку в шпионской организации при штабе командования американских вооруженных сил на Дальнем Востоке. Разведчики показали, что до отправки в тыл войск Народной армии они прошли специальную подготовку по сбору сведений о заболеваниях заразными болезнями. В программу их обучения входило изучение различных видов заболеваний, способов определения масштаба зараженности, процента смертности и т. д.
Перед отправкой им сделали предохранительные прививки. Американский офицер, инструктировавший их перед отправкой, сказал им, что по прибытии в назначенное место они должны быстро сообщить о положении с заболеваниями заразными болезнями в Северной Корее, а прочие военные сведения сообщать во вторую очередь. Разведчики были снабжены радиопередатчиком, фотоаппаратом, пистолетами американской системы, винтовками, различными фиктивными документами, военной картой масштаба 1:250.000 и банкнотами государственного центрального банка Корейской Народно-Демократической Республики и были одеты в форму военнослужащих корейской Народной армии.
Ночью 10 апреля в районе Сеула их посадили на транспортный самолет и забросили на территорию Северной Кореи. Все эти разведчики были задержаны 11 апреля китайскими народными добровольцами".
("Бурят-Монгольская правда", 1952, № 84 (26, апрель), с. 4).

воскресенье, 23 апреля 2017 г.

"Не для того тот город рос, не для того те годы гроз…"

"… Цветов и звуков естество, 
Не для того, не для того! 
Лежит расстрелянный без пуль.
 

На голой улице патруль".


60 лет назад наиболее сознательные советские люди требовали самой пристальной проверки своих документов патрулями:   

"Евг. Долматовский
Рабочий патруль

Апрельские ночи теплей и теплей.
Я слышу все реже шаги патрулей
На улицах Буды и Пешта.
Вот два добровольца в фонарных лучах.
Сидит мешковато на грузных плечах
Рабочая их спецодежда.

Квартал задремал – или кажется мне?
А может быть, кольт на широком ремне
Рождает спокойствие это?
Нежны и прозрачны листки тополей.
Как сердцебиенье – шаги патрулей,
Шаги патрулей до рассвета.

Мы были беспечны. В который-то раз
История учит улыбчивых нас,
Что жить припеваючи – рано:
На стенах, как оспа, следы мятежа,
Разбитые стекла, как отблеск ножа.
Проломы зияют, как рана.
Нельзя забывать ни измен, ни потерь.
Товарищ! Мои документы проверь,
Как требуют ваши уставы.
Патрульный, угрюмый и немолодой,
Советский мой паспорт кладет на ладонь…

И вдруг улыбнулся устало,
Суконную кепку он тронул рукой,
И вспомнил я сразу, что в кепке такой
Ходил наш учитель и гений.
Не дав моей мысли сложиться в слова,
Так тихо и чисто, что слышно едва,
Сказал он, как выдохнул: Ленин!

Теперь на народ не удастся напасть –
На страже рабоче-крестьянская власть,
Оружье держащая крепко.
В садах абрикосы уже зацвели…
По улицам Пешта идут патрули
В спецовках и ленинских кепках.

Будапешт, апрель 1957 г."

"Литературная газета", 1957, № 48 (21, апрель), с. 4).

суббота, 22 апреля 2017 г.

"Нездешней сыростью, склепным холодом веяло на пути упыря…"

"… Пока замыкались чугунным болтом 
Казармы,
 
тюрьмы,
 

трудлагеря".


60 лет назад из всех видов деятельности советские люди особенно не любили провокационно-клеветническую:
"Осуждение агентов американской разведки в ГДР
Берлин, 20 апреля. (ТАСС). Сегодня в потсдамском окружном суде закончился судебный процесс над агентами американской военной разведки Вольфгангом Клоза и Маргарет Клятцеински. В ходе судебного процесса, длившегося несколько дней, была полностью доказана преступная деятельность обвиняемых, направленная против государственных интересов Германской Демократической Республики. В. Клоза и М.  Клятцеински по заданию американской разведки занимались вербовкой агентов среди населения ГДР, собирали информацию шпионского характера, проводили провокационно-клеветническую и диверсионную деятельность.
Характерно, что Клоза попал на скамью подсудимых вторично. В 1951 году он был осужден судом ГДР на 4 года тюремного заключения за шпионскую деятельность в пользу английской разведки. Однако по освобождении летом 1955 года он немедленно отправился в Западный Берлин и поступил на службу американской военной разведки, по заданию которой и занимался шпионской деятельностью против ГДР вплоть до своего ареста.
Окружной суд Потсдама приговорил Клоза к пожизненному тюремному заключению, а М. Клятцеински – к тюремному заключению на 2 года 6 месяцев".
("Советский Сахалин", 1957, № 96 (23, апрель), с. 4).

пятница, 21 апреля 2017 г.

"Утро красит нежным цветом стены древнего Кремля…"

"… У меня ж при всем при этом
До получки ни рубля".


70 лет назад постоянно отсутствовали на месте мысли некоторых жителей советского Дальнего Востока:
"Н. Суховольский
Мысли о Москве
Если вы спросите, где мои мысли? –
Я кратко отвечу: в Москве!
Москва – это солнце, ведущее к жизни,
Москва – это счастье и свет.
Москва, дорогая моя столица!
Мечта о тебе перекрыла все дали.
Я вижу отсюда любимые лица,
Я знаю – живет там и трудится Сталин.
Отсюда, с далекого Сахалина,
Стремится к тебе, незабвенная, взгляд.
Я вижу сияющие рубины
И стены седого Кремля.
Хоть не был в Москве я, но знаю,
И звезды ее мое сердце волнуют.
И часто, друзья, я Москву вспоминаю –
Большую, далекую и родную.
г. Холмск".
("Советский Сахалин", 1947, № 79 (20, апрель), с. 3).

четверг, 20 апреля 2017 г.

"Собрались мы сегодня день отпраздновать славный…"

"… Отчего же не слышно,
Нашей песни заздравной?"

Прошли сто тринадцать месяцев с того дня, как начали мы покупать и продавать ценные бумаги на рынках США, имея на своём счету $5000. Стоимость нашего портфеля на 1 ареля 2017 года составляет $18302:



Остаток наличных на 1 апреля 2017 года составляет те же $2544.
Итак, наш счёт на 1 апреля 2017 года мы можем оценить в $20846, что означает уменьшение счёта за март на $488, или на 2.3%. С начала 2017 года счет уменьшился на $529, или на 2.5%. С 8 ноября 2007 года по 1 апреля 2017 года счёт увеличился на $15848, или на 317%.

"И в волнах холодных его фимиама сокрыта высокая твердь…"

"… Но ветер рванул, распахнулось - и прямо 
Всем стало понятно: кончается драма, 
И это не третья осень, а смерть".


70 лет назад извращенно показывал жизнь, труд и быт советской колхозной деревни драматург Бальбуров:
"О пьесе "Самое дорогое"
Действие развертывается в бурят-монгольском передовом животноводческом колхозе, получившем переходящее Красное знамя Министерства земледелия. Председатель сельхозартели рассчитывает, что основное богатство – общественный скот – можно будет сохранить зимой, организовав тебеневку. Другого мнения придерживается парторг колхоза, который, учитывая опыт старейших животноводов, считает, что в колхозе должен быть, как минимум, гарантийный запас кормов, чтобы не оказаться беспомощными на случай стихийного бедствия. На этой почве между председателем и парторгом намечается конфликт.
…Буран прекращает тебеневку. Колхозному стаду угрожает гибель. Председатель колхоза посылает нарочного проверить возможность проведения тебеневки по другую сторону горного хребта. Колхозники готовятся перегонять скот через горы.
Парторг находит другой выход. Ему известно, что у большинства колхозников в личном пользовании есть много хорошего сена, которое они косили ночами в горах. Он и коммунистка-зоотехник решили просить колхозников передать часть своего сена для спасения колхозного скота. Старая телятница, которая собирается на руках, в овчинных мешках переносить через хребет общественных телят (?!) искренне удивляется, когда ее просят одолжить излишнее у нее сено для колхоза. Но ее убеждают и она со слезами на глазах (?!) идет на это. Также отдают свои излишки сена и другие передовые колхозники.
…Возвращается нарочный из-за хребта. Он сообщает, что тебеневка и там невозможна. Председатель колхоза не знает, что делать. Он приходит к парторгу и обвиняет его в том, что тот спокоен, когда скоту, основному богатству колхоза, угрожает гибель от бескормицы. Председатель удивляется, когда узнает, что колхозники на общественный двор привезли много своего личного сена. Скот будет спасен. Таково краткое содержание пьесы.
В своем выступлении автор сказал, что это его первое драматургическое произведение, в котором он показывает процесс социалистической переделки сознания крестьянства.
В обсуждении пьесы приняли участие писатели, поэты, драматурги, театральные деятели, артисты, партийные и комсомольские работники.
Большинство выступающих отметило, что тема пьесы актуальная, нужная, но автор неправильно подошел к ее идейному содержанию: содержательную и созидательную жизнь колхозного села он показал извращенно.
Обстоятельному разбору подверг пьесу драматург Болдано. Он указал, что автор допускает ошибку прежде всего в том, что сюжет пьесы строит на случайности, а это само по себе уже неубедительно. Справедливо подчеркнули тт. Болдано, Цибудеев, Очиров, Хадалев, Зугеев, Галсанов и другие, что в пьесе, хотел этого автор, или не хотел, принижается значение и незыблемость общественного колхозного хозяйства и противопоставляется ему личное хозяйство колхозников. Получается вопреки действительности, что не созидательный труд в колхозном производстве умножает общественное богатство сельхозартели, а личное хозяйство колхозников спасает от гибели колхозный скот.
Многие выступающие указывали на забвение автором важнейших решений партии и правительства, на основе которых строится колхозная жизнь, колхозное производство. Нарушая эти решения, в ущерб артельному животноводству, колхозники украдкой по ночам накашивают лично для себя сено, а колхозный скот остается на зиму без кормов. И в дальнейшем автор подчеркивает это, как добродетель, как высокую сознательность колхозников, когда они во время бурана для спасения общественного скота отдают незаконно накошенное для личного пользования сено.
Такая трактовка, безусловно, ошибочна.
Автор не знает, или не видит тех глубочайших социальных сдвигов, которые произошли в колхозной деревне, где личное благополучие колхозников всецело зависит от общественного производства, от их созидательного и сознательного труда на благо колхоза, а не наоборот, как говорится в пьесе.
Странную позицию в оценке пьесы заняли тт. Элиасов, Серова и Стрешнева. Они или не поняли, или не пожелали заметить указанных серьезных недостатков и идеологических вывихов в произведении.
Справедливо указывали выступавшие, что действие – в значительной части пьесы развертывается почему-то в… парикмахерской, где орудует проходимец. Действующие лица пьесы автором выведены неубедительно и ходульно. Председатель правления передовой сельхозартели, работающий на этом посту 10 лет, пользующийся авторитетом, оказывается незнающим ни колхозных дел, ни настроений колхозников.
В пьесе выведены два демобилизованных офицера. Один из них, старший лейтенант, кавалер 4-х орденов, все время пьянствует, пренебрежительно относится к колхозному труду. Это неправдоподобно, более того, это клевета на офицеров Советской Армии, которые, не щадя своей жизни, сражались за честь, свободу и независимость своего социалистического Отечества, и теперь, после войны, активно работают по восстановлению и развитию народного хозяйства страны.
В целом в этом произведении автор не отражает советской действительности, извращенно показывает жизнь, труд и быт колхозной деревни.
Его познавательно-воспитательное значение, если не сказать больше, очень сомнительно. К такому выводу пришло большинство участвующих в обсуждении нового произведения А. Бальбурова".
("Бурят-Монгольская правда", 1947, № 80 (20, апрель), с. 3).

среда, 19 апреля 2017 г.

"Что мы клялись? Но главное не в этом!.."

"...Обрушивалась горная река, 
и засыпали мы перед рассветом 
в гремящем кузове грузовика
 
на три минуты. И глядели хмуро,
 
разбуженные яростным толчком.
 
И город нас встречал комендатурой
 

и молодым военным городком".


75 лет назад дружно трудились для организации культурного отдыха советских людей на временно оккупированных территориях художественные советы театров и руководители полевых комендатур:
"Пьеса В. Горина принята к постановке
На днях художественный совет Юзовского музыкально-драматического театра произвел творческий разбор пьесы молодого автора Виктора Горина «Гибель таланта». 
Сильное драматическое произведение, ярко и художественно отображающее большевистско-жидовский шантаж с помощью кровавого НКВД  над одаренным инженером- конструктором мощных паровозов во имя процветания иудейского племени, вызвало всеобщее одобрение.
Театр, с согласия полевой комендатуры, принял пьесу В. Горина к постановке. Пьесу ставит режиссер Чалышенко, лаборанты режиссера -  Чупилка и Глазунова, художник – Тодоров".
("Донецкий вестник", Юзовка, 1942, № 32 (19, апрель), с. 3).

"Над ними небо было рыто веселой руганью двойной…"

"… И жизнь трещала, как корыто, 
Летая книзу головой". 


60 лет назад в ряде леспромхозов и столовая посуда уже была закреплена за советскими людьми навечно:
"Вот так пообедал!..
Находясь в служебной командировке в пос. Карымская Зиминского района, я зашел в столовую здешнего леспромхоза поужинать. Второе блюдо мне здесь вручили в поломанной посуде, из которой нельзя было есть. Я попросил заменить изломанную тарелку.
Повар Ильина смутилась и заявила, что мне придется подождать, ибо оставшиеся три целые тарелки в данное время находятся у других посетителей. Я не поверил такому заявлению. Однако, заведующая столовой Базаркова подтвердила, что в их столовой имеется всего… четыре тарелки для второго блюда, из которых три целые и одна – разбитая. В ней-то как раз и подана мне еда, как подается здесь каждому четвертому.
- Что я могу сделать, - разведя руками, заявила заведующая. – Ведь битую посуду нам не списывают. Вроде как закрепляют посуду навечно, а новой не дают.
Доводы заведующей казались неубедительными и я спросил, с кем бы еще можно было переговорить на этот счет. Не замедлив, она привела к моему столу человека.
- Вот поговорите с ним.
Подошедший человек уставился неморгающими красными глазами и долго рассматривал меня, не двигая ни одним мускулом лица. Видно дело было после изрядной попойки. Вдруг он спросил:
- Ваши документы?
Я показал на разбитую тарелку и сказал:
- Вот мой документ.
Тогда он спросил меня, ел ли я из корыта и тому подобной "посуды". Я ответил, что не приходилось. Тогда этот человек предложил мне убраться подобру-поздорову и предупредил: "А то не ровен час…" Ушел я из столовой, так как заметил, что окружающие его друзья начали проявлять повышенный интерес к моей личности.
Человеком этим оказался бухгалтер конторы леспромхоза Г. Г. Рютин.
Не могу сказать, как в дальнейшем будут обслуживать клиентов в этой столовой. Но мне кажется, что если не принять срочные меры, то чего доброго, здесь умудрятся подать на стол корыто вместо тарелки.
Я. Левчук".
("Восточно-Сибирская правда", 1957, № 89 (17, апрель), с. 4).